Саммерса ненавидят в России за его дела в 90-х годах

Рейчел Дуглас

3 апреля 2009 г.

В книге академика Сергея Глазьева «Геноцид: Россия и новый мировой порядок» (английское издание, EIR: 1999) задокументирован крах промышленности и падение жизненного уровня в России в течение 90-х годов прошлого века вследствие либеральных реформ, проводимых в период правления Бориса Ельцина. Отмечая большую роль МВФ в этом процессе, Глазьев упоминает поименно некоторые персоналии, но не всех. Ведь книга была написана всего через пять лет после того, как Ельцин задействовал армию, чтобы сломить избранный парламент России, который сопротивлялся методам приватизации МВФ.

Одним из упомянутых был Ларри Саммерс, который сегодня возглавляет национальный совет по экономике президента Обамы. Глазьев писал о коллапсе пирамиды ГКО: «Как показывают свидетельства, решение об объявлении банкротства финансовой и банковской системы 17 августа [1998 года] было заранее скоординировано с исполняющим обязанности министра финансов США Лоренсом Саммерсом  и управляющим директором МВФ Стенли Фишером.... Согласование осуществлялось от имени российского руководства Анатолием Чубайсом, известным не только своей разрушительной активностью в проведении в жизнь приватизации, но и успешной игрой на рынке государственных ценных бумаг».

Гарвардский проект

Связь Саммерса с коррупцией хорошо известна в России по проекту USAID/Harvard, руководствуясь которым гарвардский профессор Андрей Шлейфер, дружок Саммерса, выдавал советы по приватизации российскому правительству. В то же самое время его жена и подружка другого сотрудника руководили хедж-фондом из кабинетов московского офиса Гарвардского института Международного развития (ГИМР). Гарвардский университет урегулировал иск министерства юстиции США к университету за это мошенничество, выплатив 26 миллионов штрафа, а сам Шлейфер лично заплатил в возмещение ущерба в 2 миллиона. Ларри Саммерс прикрыл своего дружка. Шлейфер продолжал занимать свою должность в Гарварде, где президентом в то время был Саммерс (2001-2006 годы).

И даже более того, Саммерс считал, что несправедливо было отстранять его от проекта. В показаниях под присягой, которые освещала газета «Бостон Глоб» в июне 2002 года, Саммерс отметил, что отстранение Шлейфера и его помощника Джонатана Хея из российского проекта в 1997 году скомпрометировало стратегические интересы правительства США в России. Он так же добавил, что российские чиновники выражали ему, как представителю министерства финансов, резкое недовольство тем, что министерство юстиции своим расследованием Гарвардской программы затрудняет построение экономики свободного рынка в России.

Несомненно, Гарвардская авантюра не был хорошей и только всего лишь плохо исполненной программой. Как мы (EIR) отмечали в своём выпуске от 13 октября 2000 года «Министерство юстиции США открыло судебное разбирательство  против Гарварда за махинации USAID в России», Гарвардский Международный Институт Развития возник из серий встреч в 1991 году гарвардского профессора Джеффри Сакса и других западных экономистов, таких, как Андерс Аслунд, с группой российских «реформаторов», включая Анатолия Чубайса и Егора Гайдара. Российские собеседники принадлежали к группе молодых экономистов, набранных в 1980-х годах Лондонским Институтом Экономических Дел (Institute for Economic Affairs - IEA) – центром общества «Монт Пелерин»*, исповедующего радикальные взгляды идеологии свободного рынка. При финансовой поддержке через Институт Открытого Общества Джорджа Сороса, среди прочих, члены этой нео-либеральной группы были подготовлены к руководящим ролям в Советском Союзе, который уже был в процессе реформ перестройки Михаила Горбачёва.

Уже потом, когда Советский Союз распался в 1991 году, директор IEA Ральф Харрис (покойный лорд Харрис) злорадствовал: «Мы критиковали Горбачёва за медлительность в деле реформ. Теперь поступь будет ускорена, и уже наши аналитические центры будут играть ключевую роль». Лондонская «Таймс» в августе 1991 года в своей статье о планах группы Харриса писала: «Тетчеристы уверены, что события последних дней в России создали безупречные условия для тестирования их идей». (См. EIR от 14 августа 1998 года «Руководящие кадры Российских «реформ» выпестованы Лондоном».)

Доктрина общества «Монт Пелерин» рассматривает криминальный сектор экономики, как один из самых производительных. Как отметил Линдон Ларуш в своём интервью для публикации в России в 1993 году: «В рекомендованном направлении реформ, начиная с Боливии, Перу и далее, Гарвардская Группа устами преподавателей института Джеффри Сакса в открытую признаёт, что организованная преступность - это неотделимая часть некоего хаотического процесса, который ведёт именно к такой капиталистической экономике, которую они хотят создать». (Статья «Установка на криминалитет была преднамеренным курсом в российских реформах», EIR, 3 сентября 1999 г).

Гайдар стал премьер-министром в конце 1991 года. Чубайс отвечал за приватизацию и  присматривал за залоговыми аукционами 1990-х годов, в результате чего основные отрасли народного хозяйства перешли в руки новоявленных финансовых ловчил, ставших известными как «олигархи». Срочная либерализация стала известна под названием «шоковая терапия». Гарвардский институт международного развития, МВФ и министерство финансов США, под руководством Ларри Саммерса выверяли и отслеживали каждый шаг на этом пути.

До сих пор Россия чувствует горький вкус 90-х, не только из-за коллапса государственных долговых обязательств и девальвации, которые были кульминацией политики Гарварда и «Монт Пелерин», но и оставшимся влиянием вовлечённых в это дело персон.

Тот факт, что Владимир Мау сегодня возглавляет экспертный совет при правительственном антикризисном комитете во главе с первым вице-премьером Игорем Шуваловым, тот самый Владимир Мау, который посредничал между Институтом Экономических Дел лорда Харриса и правительством Гайдара через Международный центр исследований переходной экономики (ICRET) Харриса и свой собственный Институт экономики переходного периода, проливает свет на неспособность Москвы порвать с порочными аксиомами, лежащими в основе глобального системного кризиса.

Саммерс и молодые реформаторы.

И так, ГИМР-скандал был всего лишь одним из зловещих эпизодов в послужном списке, пополненном Саммерсом и Стенли Фишером в России в 90-х годах. Назначение Саммерса на его теперешний пост (в правительстве США - прим. перев.) способствовал росту скептицизма к администрации Обамы со стороны многих в России, конечно за исключением таких чиновников, как например, министр финансов Алексей Кудрин, который принадлежит к той же интернациональной клике, что и Мау, Гайдар, Чубайс и Саммерс.

Молодой гарвардский карьерист Саммерс получил свой первый опыт в Советском Союзе и в постсоветских  республиках в 1990 году. Он стал ведущим экономическим советником по реформам в правительстве Литвы, ставшей независимой в том же году. Как писала «Интернэшнл Геральд Трибьюн» в марте 1990 года, одним из типичных советов Саммерса  был такой: Литва в век глобализации должна использовать как конкурентное преимущество дешёвую рабочую силу. Литовские высокообразованные работники могут производить продукцию по высшим стандартам за меньшую чем, например в Южной Корее, зарплату. Согласно той публикации, Саммерс продвигал идею десятилетия жестких экономических мер. Он предполагал десятилетний переходной период, в котором жители Литвы должны затянуть потуже пояса и смириться с понижением жизненного уровня».

Как напомнил Марк Эймс в статье от 10 ноября 2008 года в журнале «Нейшн», призывая против назначения Саммерса в правительство Обамы, уровень самоубийств в Литве удвоился в то время, когда там Саммерс был экономическим советником. А народ на выборах вернул Коммунистическую партию к власти уже через два года.

В 1993-94 годах уровень повелительного тона советников в самой России стал достоянием гласности. В марте 1993 году в одной из колонок Эванса и Новака было замечено, что в 1992 году инфляция выше 2000% была отчасти последствием требования МВФ привести внутренние цены в России к уровню мировых. Лоренс Саммерс, впоследствии выдвинутый на должность заместителя министра финансов США, особенно поддерживал такие требования в отношении цен на нефть.

Самое заметное вмешательство Саммерса в дела России произошло в январе 1994 года. Всего лишь через три месяца после военного подавления Ельциным парламента, который сопротивлялся очередным мерам приватизации и экономической либерализации. Это случилось через месяц после выборов в Государственную Думу, где большую поддержку получили националисты Жириновского, выражавшие гнев избирателей случившимся в сентябре-октябре и глубоким падением жизненного уровня.

Советник президента Клинтона по делам России Строуб Тэлбот как-то отметил, что России нужно «больше терапии, меньше шока». Это было выражением отрицания ужасающей модели либеральной приватизации общества «Монт Пелерин» и МВФ. Однако 3 января 1994 года заместитель министра финансов Саммерс выступил с обращением  к Американской Экономической Ассоциации в Бостоне. Как писали в прессе того времени, он сказал, что «смертельной ошибкой, которую никто в правительстве и не намерен делать», стала бы мысль о том, что, возможно, существует в каком-либо виде «третий, более безболезненный путь помощи России». Саммерс лгал дальше: «Нет никакой другой альтернативы  тяжёлой работе по стабилизации экономики», то есть, условиям МВФ по структурной реформе. И помощь, говорил он,  должна использоваться для смягчения последствий «неурядиц, которые неизбежно влекут за собой реформы».

В том же месяце была написан совместно сотрудниками МВФ и МБРР довольно необычный меморандум. Этот документ, по сведениям «Уолл-стрит Джорнал Европа», был также обсуждён с Саммерсом. Здесь же и было уточнено, что же понимается под «неурядицами, связанными с реформой и стабилизацией». По мнению авторов меморандума, российское правительство продолжало выдавать слишком много кредитов для субсидирования действующей промышленности (названной в меморандуме «интересами промышленных производителей»).

В этом меморандуме Россию обвиняли в неспособности уменьшить инфляцию,  действуя согласно стандартному монетаристскому рецепту. Так же в меморандуме Саммерса-МВФ-МБРР от России требовалось «ускорить переход к рыночной экономике». После того как этот документ стал достоянием гласности, МВФ заявил в его защиту, что все трудности, испытываемые Россией, вовсе не связаны с ельцинской шоковой терапией, а вызваны непосредственно самим коллапсом Советского Союза.

Комментируя хроники обсуждений в администрации Клинтона, опубликованные в «Нью-Йорк Таймс», представитель офиса Саммерса в министерстве финансов говорил корреспонденту EIR 11 января 1994 года: «Здесь все, включая Ларри, очень довольны, что «Нью-Йорк Таймс» полагает, что президент Клинтон на нашей стороне, а не на стороне Строуба Тэлбота с его «меньше шока, больше терапии».

На такую же волну, как Саммерс, тогда был настроен и Чубайс, в то время глава Государственного комитета по приватизации. Через три года, когда Чубайс был повышен по службе до первого заместителя премьер-министра, Саммерс был вовлечён в свой следующий скандал в России - а именно утечка в печать его письма «Уважаемый Анатолий», которое он написал Чубайсу. Эта утечка раскрыла уровень их отношений и к тому же высветила его высокомерное отношение к России.  Как писала «Независимая газета» в сентябре 1997 года, в письме Саммерса давалось Чубайсу распоряжение сосредоточиться на определённых налоговых реформах «таким образом, чтобы увеличить конкурентоспособность западной продукции», на продавливании через договоры о разделе продукции возможности дать иностранным инвесторам больше прав собственности на полезные ископаемые и о присоединении России к ВТО.

К середине 1996, с помощью друзей Саммерса и МВФ, которые имели влияние на только что переизбранного президента Ельцина и правительство Черномырдина, для иностранных инвесторов был открыт рынок облигаций ГКО (государственные краткосрочные долговые обязательства). Было положено начало быстрому раздуванию пузыря ГКО, лопнувшему в августе 1998. И когда это произошло, Саммерс имел к делу самое прямое отношение.

Кроме книги Глазьева, есть немало других свидетельств о непосредственной роли Саммерса в событиях 1998 года. В декабре 1999 года в статье «Москоу Трибьюн» профессор Станислав Меньшиков подробно излагал противостояние с Саммерсом на семинаре МБРР. Отмечая определенные разногласия внутри МВФ и МБРР, Меньшиков писал, что «победа Саммерса вела к дальнейшему затягиванию гаек МВФ в отношении России». Президент Клинтон даже выступил с персональным поручительством за выдачу России очередного транша займа МВФ. «Но, – вспоминал Меньшиков, – мощная группа в Вашингтоне, стоявшая за Саммерсом и другими архитекторами политики твёрдой руки по отношению к России пересилила Президента Соединённых Штатов Америки».

Статья была опубликована в журнале EIR, 10 апреля 2009 года. Перевод с английского Малте-Бруно для Inoforum.ru.

К началу страницы