Круглый стол:
Банкротство мировой финансовой системы

Команда Обамы не имеет представления, как выходить из экономического кризиса. Несколько групп вокруг американского президента конкурируют за право навязать свою модель выхода из кризиса. Насколько они будут эффективны? И каковы могут быть эти модели? Об этом рассказывали представители группы Линдона Ларуша Рейчел Дуглас и Скай Шильдс, участвовавшие в круглом столе, состоявшемся 13 апреля 2009 г. в киевском «Главреде».

Юрий Романенко. Уважаемые гости «Главреда», сегодня к нам в гости из США приехали представители групп Линдона Ларуша – известного американского экономиста. Рейчел Дуглас прочитает нам небольшой доклад о мерах по преодолению кризиса в США. Кроме того, также свои разъяснения даст один из лидеров Молодежного движения Ларуша Скай Шильдс. Думаю, нам все будет любопытно посмотреть, как кризис видится из США.

Рейчел Дуглас. Мы рады выступить перед такой аудиторией. Мы приехали в Киев в связи с научной конференцией, и мы уже старались на ней – тема была «Физическая экономия: методология исследования и глобальная миссия Украины» – внести концепцию того, что здесь называются не чисто экономическими подходами. Мы считаем, что разделить эти вещи невозможно, что нет смысла проводить анализ, не предлагая вариантов политического курса и не работая среди населения и выборных руководителей разных уровней ради изменения политического курса. Название нашего доклада созвучно выступлению Линдона Ларуша двадцать второго января этого года – банкротство мировой финансовой системы. Оно транслировалось в Интернете через два дня после инаугурации Обамы.

С тех пор прошло почти три месяца, и проблемы, которые мы предсказывали, дали о себе знать, особенно в области экономической политики Соединенных Штатов. Но не только у нас. Линдон Ларуш считает, что результаты саммита «двадцатки» были катастрофическими. И он призывает ученых, политиков, здравомыслящих людей во всех странах и областях стремиться к кардинальному изменению подходов к этому системному кризису.

Сегодня для затравки дискуссии я вам продемонстрирую начальную часть другого выступления Ларуша, от двадцать первого марта. В нем интересно не только изложение его взглядов, но также цитаты, которые он приводит, из одной из последних статей известного экономиста Джеймса Гэлбрейта. Джеймс Гэлбрейт – профессор Техасского университета в Остине. Он сын покойного Джона Кеннета Гэлбрейта, известного экономиста, который служил советником Рузвельта во время Великой депрессии, по вопросам промышленно-мобилизационной политики и логистики.

Ларуш, как вы услышите, высоко ценит предлагаемый Гэлбрейтом анализ изъянов в мышлении, формирующих политику. Сегодня тринадцатое апреля 2009 года, так что этому выступлению уже три недели, и у нас появилась новая информация, которая объясняет причины ошибок Обамы. Я об этом скажу после того, как мы посмотрим начальную часть выступления Линдона Ларуша. Ларуш два дня назад в очередной раз выступил с речью в Вашингтоне, и мы со Скаем скачали [текст], читали, и я хотела бы изложить самые последние нюансы и идеи Линдона, а потом Скай расскажет о работе Молодежного движения Ларуша. Они уже стали лидерами, курируют наш сайт, и их научная работа играет ключевую роль в наших попытках изменить политический курс США.

Ведущая. Здравствуйте! Приветствую всех присутствующих в зале, а также слушающих нас в Интернете! Как вы знаете, обычно мы проводим наши встречи в рабочее время в Вашингтоне, но мы решили организовать, по крайней мере, одну встречу в субботу с тем, чтобы те, кто работает, получили возможность поприсутствовать и послушать. Тем не менее, регламент нашей встречи остается прежним. Господин Ларуш делает доклад, после чего мы перейдем к ответам на вопросы.

Очевидно, наша встреча происходит в примечательное время – новая администрация Обамы уже работает пятьдесят дней. С новой администрацией продолжают связывать большие надежды и добрую волю, однако нарастает недовольство неспособностью решить критические вопросы, с которыми сталкивается наша страна и наше население. Думаю, что нет человека в Соединенных Штатах и вне Соединенных Штатов, кто имеет большую квалификацию, чтобы анализировать эти вопросы, как с точки зрения политики, так и политических решений, нежели Линдон Ларуш.

Линдон Ларуш. Спасибо. Мой доклад будет структурированным, поскольку мы имеем дело с разрывной точкой мировой истории, когда она может подойти к хаосу, или же вернуться к нормальному процессу. Это смертельно опасный момент. Многие сегодня говорят: почему бы не использовать более простой язык, чтобы мы понимали. Тогда я отвечаю так: тогда, может быть, вы просто посидите, а другие будут принимать решения, поскольку необходима техническая компетенция. Мы имеем дело с техническим вопросом разлома, альтернатива состоит в реорганизации для выживания всего мира, всей планеты, валютно-финансовой и реальной экономической системы. Все у кого есть что сказать, кто знает детали проблем мировой финансовой системы, имеют право высказываться, а те, кто говорит, что это выше их понимания и хотят услышать все более простым языком, они могут заткнуться и послушать, может быть, узнают что-то новое. Мы не можем опускаться до глупой популистской риторики, поскольку это смертельно серьезный вопрос.

Если Соединенные Штаты не решат проблему или свою часть проблемы, мы вернемся в темный век. И через короткое время на земле будет жить только двадцать процентов населения, живущего сегодня. Это вопрос жизни и смерти для целых народов и стран. И решение, в первую очередь, зависит от инициативы Соединенных Штатов, от правительства США, которое еще не знает, что делать, хотя у них и есть все больше понимания серьезности проблемы. Это серьезный вопрос, и я буду точным, и когда будет это необходимо, я буду использовать технический язык. Если вы чего-то не поймете, во время вопросов и ответов мы проясним ситуацию. Я начну с признания важного события, а именно – заявления Джеймса Гэлбрейта, сына знаменитого Джона Кеннета Гэлбрейта – советника президента США. Некоторые другие люди также понимают эти вопросы, о которых он говорил в своей последней работе, но никто не открывал рта, и тема не стала публичной. Поэтому его вопросы и мои комментарии по его предложениям, чрезвычайно уместны в данный момент.

У меня есть десять комментариев по поводу его работы. Работа доступна, она была опубликована в различных источниках. Он говорит: «Изъяны их программы невозможно связывать с их некомпетентностью». Он имеет в виду экономических советников Белого дома. «Скорее, если такие изъяны существуют, они возникают из их происхождения и мировоззрения. Одним словом – из узости их кругозора». Под этим я подписываюсь, это абсолютно верно. Люди, которые делают дела и принимают решения, коллективно некомпетентны. Они исходят из своего прошлого опыта и образования, неуместного в данной ситуации. Они об этом ничего не знали, ни у кого на планете нет опыта за всю жизнь, и нет образования для решения проблем, с которыми мы сталкиваемся сегодня. Поэтому отсутствует компетентность, чтобы предложить эффективное решение. Любые решения, предлагаемые официально Белым домом или же в кулуарах, абсолютно некомпетентны, освещение в прессе абсолютно некомпетентно. Заявление правительств об экономической ситуации некомпетентны, и с этой проблемой мы столкнемся сегодня, поэтому нам не нужны уличные зеваки в этом обсуждении.

Второе. Вторая цитата его работы. «Глубочайшее заблуждение современных экономистов состоит в том, что экономика является самостабилизирующейся системой». Правильно. Отсутствует встроенная стабильность или же стабилизаторы в современной мировой экономике или экономике США. Мы подошли к этой ситуации, и это подтверждают события, что компетентность, основанная на опыте или же образовании, такой компетентности нет для обсуждения возникших проблем. Поэтому ожидать квалифицированных ответов от чиновников не приходится.

Третья цитата. «Если восстановление не встроено в структуру самой системы, все наши прогнозы будут слишком оптимистичными, а меры недостаточными». Совершенно верно, нет понимания этой проблемы. Мы имеем дело с мировым финансовым кризисом, подходящим к точке перегиба. Когда поток денег, направленных на спасение ситуации, угрожает гиперинфляцией, случившейся в Германии в 1923 году. Тогда весной 1923 года инфляционные меры по поддержанию немецкой марки после Первой мировой войны, привели к гиперинфляционному взрыву. За период от весны 1923 года до октября-ноября того же года германская экономика распалась в результате гиперинфляции. Сегодня мы в Соединенных Штатах и во всем мире подошли к точке, сопоставимой с такой ситуацией. В современной системе, в современной международной валютной системе, нет регуляторов, позволяющих предотвратить распад мировой экономики. Это будет убийственный крах во всем мире, и через поколения от шести с половиной миллиардов людей, живущих сегодня, останется менее двух. Вот таков размах кризиса.

Четвертая цитата. «Бюджетное управление Конгресса считает, что рецессия будет не хуже 1981-1982 годов. Они полагают, что экономика вернется к нормальному состоянию к 2015 году, даже если Конгресс не предпримет никаких действий». Абсолютная идиотия. Гэлбрейт совершенно прав, вот такова ситуация.

Пятая цитата. «Модель Бюджетного управления Конгресса основана на послевоенном опыте, а такие модели не могут давать прогнозы более серьезные, чем все, что было до того. Если у нас будет спад больше, чем в 1982 году, наши компьютеры это не предскажут, и мы будем захвачены врасплох. Если застой продолжится, компьютеры также этого не предскажут. Модель Бюджетного управления предполагает естественный уровень безработицы в 4-8%, и модель будет сводить все к этому показателю, к этой величине, независимо оттого, как развиваются события. В реальном же мире нет никаких оснований верить, что все будет происходить именно так». Точка зрения Гэлбрейта должна быть ясна. Все эти экономические советники Белого дома совершают системные, грубые логические ошибки. Ларри Саммерса (бывший первый замминистра финансов -прим. «Главреда») нужно просто уволить. Гейтнер должен работать с его интеллектуальным уровнем, его необходимо освободить от давления, которому он подвергается сегодня. Вероятно, он самая подходящая фигура сегодня в администрации для этих целей. А Саммерс ни на что не годится. Кроме того, он не умеет работать с людьми. Необходимы некоторые минимальные кадровые замены для того, чтобы получить максимальную эффективность.

Шестая цитата. «Эта процедура гарантирует результат, поддерживаемый усредненной точкой зрения. Этот метод был бы полезен, если бы ошибки экономистов были не системными. Но это не так. Экономисты очень осторожны, и в любой экстремальной ситуации они выберут усредненную точку зрения, которая окажется неверной». Отсутствует понимание принципа, отсутствует компетентность. Вот возьмите ощущения толпы, выберите усредненную точку зрения, примите решение, а она не будет работать. После этого вы скажете, что мы ничего лучшего не могли сделать.

Седьмая цитата. «Решение по первоначальным мерам были приняты с целью обойти кризис и вернуться к обычным проблемам, с какими имели дело в прошлом. Эти протеже Роберта Рубина – ветераны Гамильтоновского проекта Рубина исходят из того бюджетного дефицита и проблемы льгот. Это вашингтонский эвфемизм – сокращение социального обеспечения и медицинского обслуживания, для открытия новых рынков, для руководителей фондов и частных ростовщиков на фоне болтовни о бюджете, долговременном дефиците и всяких внефондовых обязательствах». Очевидно.

Восьмая цитата. «Самое странное в программе Гейтнера», – и я не виню Гейтнера за эту программу, она была ему навязана – «это отказ воспринимать финансовый кризис как настоящий кризис, долговременную экономическую угрозу, а не просто совокупность временных проблем в банковском секторе и в сфере занятости». Есть желание подлатать видение ситуации, поэтому делайте то, чему вы учились в университетах, а это обычно означает, что вы шарлатан или неудачник. Или делайте то, чему вы научились в своей профессиональной деятельности. То есть, мы сегодня в беспрецедентной ситуации. В истории живущих сегодня нет опыта современного кризиса. Последний раз такой кризис европейской цивилизации случился в четырнадцатом веке и его назвали «новым темным веком». Если вы не хотите узнать, как он был организован ломбардскими банкирами, тогда вы не поймете, как развивается сегодняшняя ситуация.

Сегодня мы скатываемся в «Новый темный век», точно так же, как это делали венецианцы, действовавшие через ломбардских банкиров, выдававших ростовщические займы. Тогда, эти ростовщические займы использовались для поддержания ситуации, в конце концов, вышли за пределы возможностей выплатить возникшие долги. Поэтому, когда король Англии отказался платить по этим долгам, по которым он уже не мог платить, возникла цепная реакция, и рухнул Дом Барди, банк небольшого города в Италии. Возникла дальнейшая цепная реакция, в результате которой рухнули банки во Франции и в Англии. В результате этого уже через поколение население Европы сократилось на треть. Количество приходов в Европе сократилось наполовину. В Европе воцарилось абсолютное безумие. Сегодня мы в схожей ситуации. В этом угроза, очевидно, Гэлбрейт прав. В этой ситуации, и он повторяет это все время, и я согласен с ним, что это не хотят понимать и не желают понимать ведущие частные учреждения нашей страны. Никто ничего не предлагает, никто даже и не хочет думать о каких-либо предложениях, выходящих за рамки их обычных взглядов.

Девятый тезис. «Если сейчас происходит подлинный обвал финансов, наши модели не сработают. Сейчас более уместно вернуться к довоенным годам, к периоду Великой депрессии в США. А это возможно сделать с помощью качественного исторического анализа. Наши числовые модели, статистические модели, не захватывают главную черту этого кризиса, то есть крушение мировой финансовой системы».

Рейчел Дуглас. Это только начало, но по-моему там он уже добрался до сути дела. Когда я готовила выступление на конференции, писала конспекты, я на основе этого отрывка записала такие фразы: «узость кругозора», «ложные допущения», «решения, основанные на опыте прошлого», «наши модели не сработают в общем кризисе». Вот суть дела. Поэтому, нужно сказать, что после этого выступления и во время саммита «двадцатки», все эти пороки, проблемы очень ярко проявились на саммите в Лондоне. Как вы знаете, там были приняты общие заявления о стандартах отчетности, о том, что нужно распечатать массу новых специальных прав заимствования МВФ, а это просто продолжение политики Федеральной резервной системы в отношении доллара. То есть, печатный станок, дополнительная эмиссия денег.

Кроме этого, перед саммитом рассматривались идеи Джорджа Сороса о наднациональной валюте, которые поддержал и Назарбаев, и другие политики. Назарбаев написал целый трактат в Российской газете о движении к наднациональной валюте. Глава центрального банка Китая положительные замечания сделал по этому поводу, и так называемые предложения России на этом саммите включали такую же идею. Ларуш назвал это заседание «студенческим капустником». Он, в частности, сказал: «Зачем начинать с валюты, национальной или наднациональной? Нужно всю систему провести через банкротство». Никто об этом пока серьезно не говорит. Если не взяться за это сейчас, отсутствие реальной стоимости у большинства активов мировой системы не приведет ни к чему, кроме массового убийства, разрушения народных хозяйств ради попыток поддержать обанкротившуюся систему.

Что мы можем сделать? Я обозначу несколько моментов в связи с нашей работой в Америке. В субботу одиннадцатого апреля в новом своем выступлении Ларуш констатировал ухудшение ситуации вокруг Обамы. К моменту инаугурации Барака Обамы уже сформировались группы советников. Они разрабатывали варианты политических курсов. Среди них были и есть наши друзья, а также люди в окружении Роберта Рубина, бывшего секретаря казначейства (министра финансов), который много лет курировал так называемый Гамильтонский проект. Это группа в институте Брукинса изучала первоначальную «американскую систему политической экономии», национальное банковское дело, идеи которого развивал Александр Гамильтон, и конечно, они нашли свое продолжение в работах Фридриха Листа в Германии, Дмитрия Менделеева в России, графа Витте и других. Даже в Австралии. (Особенно в Австралии! Знаменитый Кинг О’Мэлли, американец времен Авраама Линкольна и Генри Кэри поехал в Австралию, создал там национальный банк и заявил что он станет «Александром Гамильтоном Австралии».) Даже наличие в Америке проекта под названием «Гамильтоновский проект» – положительный момент.

Люди в этих группах постоянно советовались с Ларушем, задавали ему вопросы. Вы можете увидеть, кроме этого ролика, у нас есть части еще трех выступлений Линдона Ларуша на сайте http://larush-tv.rutube.ru. Выступление от 22 января я разрезала на части и там есть диалог Ларуша с членами этих рабочих групп, о его знаменитой тройной кривой. Эта иллюстрация показывает гиперболический рост финансовых активов, то есть деривативов, и денежных активов, которые тоже идут по гиперболе. В определенное время эти кривые пересекаются, потому что эмиссия денег уже опережает даже рост номинальной стоимости. С другой стороны, кривая, идущая вниз, показывает темпы роста реальных активов, новых технологий и так далее.

В общем, люди из этих групп в окружении Обамы приходили к Ларушу и ставили серьезные вопросы по существу. Но это было еще два-три месяца назад. Хотя группы все еще существуют. Я читала диалог от [11 апреля]: Один из представителей этих групп докладывал Ларушу, что им все более и более тяжело находить доступ к президенту, чтобы донести свои идеи.

С другой стороны, о ком идет речь? Журнал «Тайм» (Time magazine) – вообще ужасное издание, но он опубликовал статью на прошлой неделе о команде советников Обамы по экономике. Оказалось, что в нее входят экономисты-бихевиористы, которые разделяют взгляды Джереми Бентама, что поведение человека не отличается от поведения животного. Они говорят, что человек ищет удовольствия, старается избегать боли, и вся экономика зависит от таких факторов.

И хотя он непосредственно в Белом доме не работает, кумиром этой группы является печально известный Андрей Шлейфер. Вы знаете, кто это такой? Был такой скандал в девяностых годах, когда Гарвардский институт международного развития давал советы российскому правительству по приватизации. То есть, Госдепартамент США, его организация USAID дала большой грант этому Гарвардскому институту с тем, чтобы они послали в Москву своих людей, и давали советы Чубайсу в частности, и другим российским чиновникам относительно приватизации. Позже оказалось, что в одной из комнат помещения этого института жена Шлейфера и подруга другого чиновника этой организации создали хедж-фонд и занимались спекуляциями на тех же российских рынках, которые их мужья одновременно создавали с Чубайсом. Это обернулось большим скандалом, и американское министерство юстиции даже подало в суд против Гарвардского университета о злоупотреблениях ресурсами. Гарвардскому университету пришлось заплатить штраф, по-моему, двадцать шесть миллионов долларов. Шлейфер лично заплатил всего лишь два миллиона. А что случилось со Шлейфером? Он в тюрьму попал? Нет, он остался профессором Гарвардского университета, и его защищал [президент Гарвардского университета] Ларри Саммерс, бывший чиновник министерства финансов США и нынешний советник Обамы по экономике.

Вся эта группа представляет собой большую проблему. Мы в своей работе среди населения распространяем такую листовку: “President Obama Must Dump Larry Summers to Save His Presidency.” Значит, если Обама не уволит Саммерса, то это неминуемо приведет к его краху на посту президента США. Это в общих чертах о той политической борьбе, которая разворачивается у нас.

Еще два момента из нового выступления Ларуша. Я хочу обратить на них внимание. Их соединяет та же самая концепция необходимости изменить основные допущения.

Я спросила у Линдона Ларуша, у Хельги Цепп-Ларуш, когда мы посетили ее в Германии по пути сюда: что могут делать украинцы? Как вы знаете, Ларуш постоянно делает упор на необходимости взаимодействия России, США, Китая, Индии в качестве инициаторов новой системы и проведения старой через процесс банкротства. И я задала такой вопрос: что могут делать люди, живущие в стране, у которой, кажется, нет таких возможностей?

Между прочим, недавно «Русский журнал» обращался к Ларушу. У них есть еженедельный бюллетень. Они задают тот же самый вопрос целому ряду экспертам. Очевидно, они хотели посвятить выпуск этого бюллетеня вопросу об Украине, как обанкротившемся государстве, но поскольку не хотели прямо так поставить вопрос, то сделали это иначе. Вопрос звучал так – какие в Европе сегодня страны могут стать обанкротившимися государствами? Ларуш прямо ответил – все. Потому что вся система в таком состоянии. Он даже игру слов ввел, потому что по-английски «обанкротившееся государство» будет “failed state” со словом «state» в смысле «государство», а он ответил так, будто “state” означает «состояние». Он ответил, что все страны в состоянии обанкротившихся государств. Лидеры, ученые, влиятельные круги, общественные движения любой страны могут выступить с требованием: «Нужно, чтобы суверенные государства, крупные страны взяли на себя инициативу провести систему через банкротство». Тем более что речь идет о такой стране, как Украина, у которой есть богатые традиции здравых и эффективных идей в физической экономике, вспомним того же Вернадского.

Еще один момент. Позавчера Линдон Ларуш обратил внимание на ложные допущения и порочные статистические модели уже не в области финансов как таковых, но в физической экономике. Речь идет о ложности теории глобального потепления. Он указал на все возрастающий корпус информации и свидетельств о том, что статистические модели, на которых основаны все прогнозы по исчезновению ледников и так далее, страдают от тех же проблем, как и статистические модели, на которых основаны экономические и финансовые модели.

По-моему это самое главное. Я вам не дам простого заключения. Как вы видите, процесс развивается очень стремительно и быстро. Новые проблемы, новые вызовы могут появиться уже завтра. И я уверена, Линдон Ларуш будет выступать с новыми инициативами.

Владимир Лупаций. У меня только один вопрос. Я читал о подходах Линдона Ларуша, но он апеллирует к рациональным людям в лице четырех правительств – России, Китая, Индии и т.д. Но очевидно, что эти люди, они будут исходить из других представлений. То есть, если так, то означает ли, что мир должен готовиться к этой жесткой просадке?

Рейчел Дуглас. Ларуш считает, что есть высокий потенциал резкого поворота в любой момент. Давайте, я буду говорить на примере Америки, потому что там мы ведем политическую работу и наши отношения с другими из этих четырех стран есть, но это другое, они другие.

Вы видели когда-нибудь исторические ролики Рузвельта в начале его президентства? Его речи, выступления? Очень познавательные документы. Не было никаких гарантий того, что такой человек станет президентом. Даже после того, как его избрали, было покушение на Рузвельта. Крайне правые попытались его убить. Это произошло в 1933 году, спустя тридцать два года после убийства Мак-Кинли. Дело в том, что убийство Мак-Кинли – казалось бы – положило конец традиции так называемой «американской системы». Линкольна убили, но Генри Кэри, другие организаторы промышленного развития страны, строительства трансконтинентальных железных дорог продолжали развитие американской системы в эти годы. Президента Гарфильда убили. Мак-Кинли очень активно выступал против свободной торговли и поддерживал политику дирижизма. Значит, роль государства не в том, чтобы все контролировать, а в проведении в жизнь американской системы: чтобы государство создавало кредиты в определенных направлениях. Потом его (Мак-Кинли) убили и у нас в связи с организацией Первой мировой войны Англией (они хотели, прежде всего, поссорить Германию с Россией) произошел чуть ли не переворот. У нас появился длинный ряд президентов-англофилов. Это Теодор Рузвельт, Вильсон, Кулидж. То есть, 32 почти катастрофических года, по сравнению с традициями страны, пока не появился Франклин Рузвельт и оживил эти идеи. Мы считаем, что именно в условиях кризиса вполне возможно такое оживление.

Мы считаем, что Хилари Клинтон, несмотря на все проблемы, которые развивались во время правления Билла Клинтона, двигалась в этом «рузвельтовском» направлении.

С Обамой более сложно, но не исключено, что мы все-таки сможем заставить его изменить свои взгляды. Как Ларуш очень сжато сказал в субботу – «нам нужен институт президентства, который будет служить прошлым, настоящим и будущим интересам США, вместо того, чтобы служить интересам этой клики советников» от Лондонского Сити, Гарвардского университета и Уолл-стрита.

Юрий Романенко. Скажите, пожалуйста, а можно ли в трех словах, по пунктам, что конкретно предлагает Ларуш для того, чтобы преодолеть кризис, потому что не все присутствующие здесь хорошо знают его экономическую теорию.

Скай Шильдс. Во-первых, во время обострения кризиса есть возможность делать глупых людей умнее хотя бы на определенное время. Рузвельт играл очень существенную роль перед угрозой возникновения фашистского движения в Америке аналогичного тому, которое развивалось в Европе. Лондонские и американские спонсоры европейских фашистских движений совершили покушение на Рузвельта и попытались осуществить государственный переворот. Он смог сдержать страх населения перед экономическим крахом, который подталкивает людей к фашизму, дать им надежду и, в результате, смог мобилизовать население на поддержку развития государства, а не фашистов.

Андрей Ермолаев. Насколько корректно сравнивать те времена, с точки зрения задач, уровня глобализации, характера мировой торговли, отношений научно-технической, производственно-инвестиционной кооперации?.. Я уверен, что модель Рузвельта не работает сейчас.

Рейчел Дуглас. Экономического развития? Но он пока говорит только о политической составляющей.

Скай Шильдс. Например, в нынешней ситуации многие наши знакомые среди политиков, и даже активисты нашего движения хотели добиваться результатов путем обращения к Конгрессу. Ларуш ответил, что приходится идти по более трудному, но эффективному пути – изменению мышления всего населения. Нужно по всей стране найти людей среди чиновников и избранных лидеров местных правительств и развивать их понимание экономических элементов.

Рейчел Дуглас. Вы спрашиваете о конкретных предложениях Линдона Ларуша. В этой статье («Брутальный «британский» империализм в наши дни»), в последнем ее разделе – «Откройте новый мир» Ларуш серьезно говорит о банкротстве и процедуре банкротства для всей системы. Если списать или даже временно заморозить эти спекулятивные активы, чего можно добиться? Можно даже в глобализированном мире сразу же применять подходы, которые по всему миру, скажем, к концу девятнадцатого века применяли американцы, россияне, немцы при Бисмарке, а именно – строительство проектов инфраструктуры, железных дорог и ядерной энергетики. Если в каждой стране буде учреждено национальное банковское дело, чем оно занимается? Созданием и выдачей кредитов под конкретные проекты, где очень длительные циклы строительства.

Андрей Ермолаев. То есть, получить реальную стоимость национальной экономики, обеспечить ее национальной банковской системой, не связанной с ФРС, и ориентировать национальную валюту.

Рейчел Дуглас. Да.

Андрей Ермолаев. Об этом говорил Путин и контраверсийно Медведев.

Константин Матвиенко. Это политология, а тут экономика все-таки.

Андрей Ермолаев. Так Путин в Давосе выступил с программой…

Рейчел Дуглас. Извините, я закончу. Так вот это в каждой отдельной стране нужно делать. Но есть еще то, что мы называем общей задачей человечества, или те проекты, в которых нужно применять возможности разных народных хозяйств. Например, что может дать развитие евроазиатского наземного коридора, не только железная дорога, транспорт, но и коридор плотного развития всех технологий, сельского хозяйства, водного хозяйства экспортирующим странам. Почти ничего не осталось, но осталось еще кое-что в Италии, Германии из станкостроительной промышленности. Это для них рынок, это оживление экономики, это возможность создания у партнеров новых мощностей и потом наращивания экспорта капитальных активов, скажем, в Африку, потому что человечеству нужно просто с нравственной точки зрения взяться за экономическое развитие Африки.

Константин Матвиенко. Вы говорите фактически о создании физической экономики. Насколько я понимаю, вы ее противопоставляете экономике виртуальной.

Рейчел Дуглас. Есть статья, я стесняюсь ее упоминать потому что она переведена на русский язык, и многие неправильно понимают ее, но есть такая статья Линдона Ларуша «Торговля без валюты: к вопросу о корзине «твердых товаров». Там он говорит о разных единицах валюты, но предупреждает, что не надо заботиться о валюте, вопросами монетарных отношений, пока не решено, что мы будем вот конкретно эти проекты создавать. Так что, опыт Рузвельта и Великой депрессии в этом смысле вполне подходящий. Рузвельт со своими коллегами решили в свое время, что нужно развивать долину реки Теннеси, нужно строить дамбы, а потом выстроили кредитные институты для этого. А что касается глобализации, да, она существует, но она разрушает весь мир. И кто, если не лидеры великих стран, суверенных стран, могут сказать, что достаточно, это была не та система, не тот подход.

Андрей Ермолаев. Мне кажется, что нужно все-таки разделить, во-первых, конфликты финансовой олигархии и национальных правительств. Об этом Ларуш тоже периодически упоминает и на этом акцентирует. Вторая проблема, проблема, условно, вестерн-глобализации или глобализации по-американски, с реальным процессом глобализации, которая проходит. Я хочу обратить просто ваше внимание, что проекты, которые связывают с моделью Рузвельта, применительно к нашему времени не имеют смысла, потому что это были проекты формирования единого национального экономического дела. В них был национальный смысл для американцев. Когда мы говорим, например, о новых континентальных проектах, в которых участвует Германия с машиностроением, Россия с людским ресурсом, Украина еще с чем-то, в этом должен быть некий не только экономический смысл.

Рейчел Дуглас. Ну, конечно.

Андрей Ермолаев. Тогда это новый виток транснационализации, или, если хотите, глобализации только физической. Это не проблема интеллектуального творчества.

Рейчел Дуглас. Ларуш считает, что сотрудничество между странами вполне уместно, есть общие интересы, и можно оформлять его с помощью договоров.

Андрей Ермолаев. Просто у нового континентального проекта будет свой управляющий.

Рейчел Дуглас. Ну, почему?

Андрей Ермолаев. Так.

Святослав Денисенко. Наднациональный.

Рейчел Дуглас. Я, например, считаю, что Америка и Россия могли бы договориться о строительстве туннеля через Берингов пролив без привлечения наднационального управляющего.

Андрей Ермолаев. Я вам даже скажу больше, так будет. Выход из кризиса будет связан с новым витком глобализации через крупные проекты. Вопрос просто субъекта, который способен будет это предложить.

Рейчел Дуглас. Я просто считаю, что употребление слова «глобализация» не помогает прояснить дело, потому что у него уже есть свой смысл в нынешней ситуации.

Святослав Денисенко. Центр «София». У меня несколько вопросов есть. Первое, в рамках существующей системы есть две основные проблемы: проблема ресурсов, то есть физических ресурсов, и вторая проблема – это проблема доступа к технологиям. В рамках глобализации эти две проблемы определенным образом решались за счет вынесения производств, например, в регион Юго-восточной Азии и соответственно обратного потока ресурсов в центр, из периферии к центру. Как может быть решена, и будет решаться эта проблема, с вашей точки зрения, проблема технологий и ресурсов с точки зрения Ларуша? Акцентирую внимание еще на один момент, что развивающиеся страны на сегодняшний день не являются обладателями технологий. Этими технологиями обладают транснациональные корпорации, т.е., субъекты, одни из форм субъектов глобализации.

Скай Шильдс. Если вы обратите внимание не на финансовые, а на реальные стоимости, и в мировом масштабе, не местном, то на сегодняшний день Соединенные Штаты или какая-нибудь другая страна могут думать, что все это для них выгодно, так как они получают дешевые товары, дешевое сырье из другой страны. А если смотреть с точки зрения общих интересов разных стран, и физической системы экономики и народных хозяйств вместе взятых, всей планеты, то оказывается, что глобализация стоит очень дорого. Почему? Потому что наивысший уровень эффективности будет, когда вы используете транспорт для физического перемещения самых дорогих продуктов, а не сырья. Например, вместо того, чтобы сырье или нефть на тысячи и тысячи километров перевозить, лучше готовые станки перевозить. Пусть сырье перерабатывается на месте.

Поэтому, с глобальной точки зрения в интересах каждой страны будет, если добывающая промышленность и переработка будут происходить на месте, потому что это будет экономить ресурсы и затраты для всех. Потому что это выгодно нам, скажем, развитым странам, если эти страны будут иметь возможность производить сами определенную продукцию.

Юрий Романенко. Во-первых, это противоречит принципам, на которых зиждется миросистема. В этой ситуации, Япония, у которой нет ресурсов, она становится просто не нужной, потому что если она не будет возить нефть и другое сырье, то не сможет создавать прибавочную стоимость в производстве на своей территории, то японцы просто не смогут кормить самих себя.

Святослав Денисенко. Сто тридцать миллионов человек.

Юрий Романенко. Во-вторых, я хотел бы услышать ответ на такой вопрос. Вы серьезно полагаете, что выход из такого обширного и серьезного кризиса возможен без серьезного понижения уровня жизни в ядре в Штатах, в Европе, в Японии той же самой? Поскольку совершенно очевидным, на мой взгляд, кажется, что если распространить те принципы экономические, которые сейчас, или до последнего момента, успешно функционировали в США, в Европе, в Японии, то весь мир просто захлебнется от недостатка ресурсов. На самом деле здесь более такой серьезный вопрос заключен внутри, как Ларуш вообще смотрит на будущее капитализма как такого? Потому что совершенно очевидно, модель глобального капитализма вновь дошла до своего очередного предела, как это было в 1929 году. На взгляд Ларуша, способен ли капитализм найти новые формы, или как бы приспособиться к этой новой ситуации, и найти выход? Либо же это уже будет не капиталистическая система?

Рейчел Дуглас. Да, он не любит слова «капитализм», между прочим, потому что, исторически говоря, путают классический путь развития, который пошел от Британской империи, и путь развития американской системы.

Скай Шильдс. Германия и Япония должны оставаться основными экспортерами технологий. То, что мы предлагаем иметь промышленность на месте в Африке, это не значит, что ее не будет в Японии или Германии.

Рейчел Дуглас. Как раз наоборот, такие планы предполагают восстановление экспортного потенциала Германии, Японии и США.

Святослав Денисенко. Добыча и производство, например, Сьерра Леоне будет оставаться на месте, добыча алмазов, нефти и так далее. Я правильно понял?

Рейчел Дуглас. Добыча и перерабатывающее производство будет на месте, а готовые товары будут поставляться туда, где они нужны для реализации.

Святослав Денисенко. Соответственно предлагается модель, в которой Германия, Япония, Европейский Союз остаются экспортерами технологий и оборудования, а страны, в которых на сегодняшний день добывается сырье, будет осуществляться переработка, создание прибавочных стоимостей и экспортирование готовых товаров.

Рейчел Дуглас. Да, но добавлю еще такой момент. Понятие ресурсов должно развиваться. Еще Менделеев был прав в том, что «глупо сжигать нефть, потому что это все равно, что топить ассигнациями».

Константин Матвиенко. Это все равно, что топить купюрами.

Рейчел Дуглас. И если смотреть на потребности развития, строительства и восстановления инфраструктуры, вы понимаете, что у нас все мосты разваливаются, у нас на реках нет дамб, нет шлюзов, они…

Юрий Романенко. Это в США вы имеете в виду?

Рейчел Дуглас. Да, да, у нас в США. В штате Западная Виргиния, где я живу, какие-нибудь сорок процентов мостов опасны для эксплуатации, находятся в аварийном состоянии. Это уже на уровне бывшего Советского Союза.

Юрий Романенко. Я только хотел сказать, что это напоминает Советский Союз на его последней стадии существования.

Рейчел Дуглас. Да. И если применять повсюду принципы национального банковского дела и стыковки путем соглашений и договоров интересов разных стран в этом плане, можно обеспечить полную загрузку и мощностей бывших развитых стран, и новых, которые будут построены. Так что после эпохи нефти и вообще углеводородов, вы, наверное, в курсе, что в свое время Ларуш организовал Фонд термоядерного синтеза. Посмотрите на возможности, если развивать так называемый термоядерный факел. Это технологическая идея, при помощи которой возможно было бы всю таблицу Менделеева из кубического километра грунта получить.

Святослав Денисенко. Термоядерный синтез.

Рейчел Дуглас. Мы слишком узко смотрим на возможности, мы забыли, что…

Святослав Денисенко. Внедрение перекрывающих технологий, технологий нового уклада – это один из путей выхода из кризиса в том числе.

Скай Шильдс. Речь идет о том, что творчество – единственный ресурс.

Рейчел Дуглас. Да. Я хочу сослаться на интересный момент. В последнее время в связи с кризисом, я заметила, особенно в российских публикациях, что много пишут о «волнах Кондратьева». Существует целый диалог Ларуша с российскими учеными на эту тему, начиная с визита Тараса Васильевича Муранивского к Ларушу в 1993-м году. Так вот, Ларуш не отрицает эти закономерности, он говорит, что «волны Кондратьева» (а я имею в виду настоящие технологические процессы, а не вся эта чепуха, когда трейдеры деривативами стараются строить свои алгоритмы на них) описывают реальные процессы, но можно вмешаться в частоту этих волн с тем, чтобы движение вниз прорвалось, и как-то сделать более частными открытия новых технологий. Если вы за это сознательно возьметесь, то можно обойтись без спада. И Скай Шильдс только что сказал, что именно в связи с этим мы делаем упор на творческие способности человеческого разума как источник, создающий реальную стоимость в экономике.

Константин Матвиенко. Рейчел, позвольте вернуться к Украине все-таки. Вот ваше видение Украины в этой связи? Где место Украины?

Скай Шильдс. В настоящий момент роль Украины – оказывать давление в пользу инициативы четырех держав.

Константин Матвиенко. Но это политическая сторона. Об экономической, пожалуйста.

Рейчел Дуглас. Часто ТНК смотрят на Россию, на всю территорию бывшего Союза, как на сокровищницу минеральных ресурсов. А Ларуш считает, – возможно, вы читали переведенный отрывок из его статьи 90-х годов «О значении советской науки» для мировой экономики – что наиважнейший ресурс этих стран, в том числе Украины, – это наличие научных школ, это традиции Вернадского, прежде всего, того же Менделеева, Циолковского. Мы имели большое счастье, в связи с научной конференцией нас повезли в Кременчуг и Александр Александрович Игнатенко – эксперт краеведческого музея прочитал нам очень насыщенную лекцию, провел экскурсию, начиная с изучения грунтов, черноземов Вернадским, и заканчивая космической программой. Он же автор биографии Кондратюка, украинского Циолковского, который проектировал траекторию, по которой американцы слетали на Луну. Вот это ресурсы Украины, и, конечно, под этим подразумевается необходимость сохранения того, что еще осталось. Я понимаю, что много уже разрушено в черной металлургии и так далее. Я же изучала народное хозяйство Советского Союза и знаю о разделении труда у вас, знаю, какие у вас есть специалисты старшего поколения по ракетостроению и по разным другим технологиям. По-моему, это богатство Украины.

Андрей Ермолаев. Машиностроение, энергетика, навигация…

Рейчел Дуглас. Если посмотреть на карту евроазиатского наземного моста, но мы увидим, что он идет через Украину. Это предполагает развитие территории страны.

Юрий Романенко. Спасибо. Будем заканчивать. Благодарим за выступление наших гостей и надеемся, что вы будете у нас еще раз. Будем поддерживать контакты с группой Ларуша, на мой взгляд, мы увидели достаточно интересную картину, характеризующую понимание американскими элитами понимание кризиса и инструментария его преодоления.

К началу страницы