Парламентские слушания
«О мерах по обеспечению развития
российской экономики в условиях дестабилизации
мировой финансовой системы»
(29.06.01)

Выступление Д.А. Митяева

Д.А. Митяев (президент Центра системного прогнозирования): Макроэкономики было достаточно, я постараюсь этот аспект особо не затрагивать. Констатирую, что мы все-таки живем в системе некоторых превратных представлений. Никакого мирового финансового рынка не существует, в том понимании, которое мы в него вкладываем. Есть некоторая система артелей взаимосвязанных и сильно пересекающихся, которые получают свою сверхприбыль, есть Фондовой картель, есть товарные картели, включая ОПЕК, картель на рынке золота, есть Валютный картель, есть совершенно непонятный и неисследованный, но тем не менее самое мощный Картель формирования ожиданий рынка деривативов. Это все взаимосвязанные вещи.

И в этом смысле глобализация есть глобальная власть этих вот нескольких десятков игроков, из которых центральные банки, министерство финансов далеко не самые крупные и мощные порой являются. И история показывает, что в основном, как правило, если все, скажем, три центральных основных банка ФРС, Европы и Японии не объединяются, то совокупная мощь так называемых финансовых спекулянтов, она пробивает любую защиту.

Нет никакой экономической конкуренции между Америкой, Европой и Японией. Есть непрекращающаяся экономическая война, в которой в принципе все средства хороши, начиная от ящура, Македонии и прочее, и прочее – то, что используется, и мы это видим на наших глазах. Нет никакого монетаризма в этом смысле для себя, он есть только на экспорт в отсталые страны для обкатки там технологий откачки финансовых и прочих ресурсов, а для себя используется очень жесткое достаточно программирование рынков. Такая кейнсианская, если даже не марксистская модель.

Поэтому сейчас если говорить, что мы видим сейчас, какая основная опасность для России, потому что мы все-таки обсуждаем российские угрозы и российские ответы, то я вижу сейчас в краткосрочном плане основная опасность – это асфальтирование Европы, которое в принципе осуществляется на наших глазах. Мы можем много говорить о том, что игры валютных спекулянтов это одно, реальная экономика – другое. На самом деле все очень непосредственное и тесно связано. И то, что евро там с начала года на 13 процентов обесценился и продолжает утрамбовываться, следствие прямое этого является усилившийся отток капитала из Европы, скажем, в апреле 21 миллиард евро или 3 процента ВВП или в 4 раза больше, чем год назад…. Отток естественно, в Америку. В который раз европейцы платят за последствия того фондового бума, который был и в котором европейцы уже потеряли больше половины вложенных капиталов. То есть это такая война на выживание. На самом деле все прекрасно понимают ее реальные правила, ну то есть из тех, кто в ней участвует.

А в этом смысле для Америки есть три выбора, так сказать. Или вот в данном случае Европу превратить в такую зону бедствия, ну то есть такой же механизм, который был в свое время с Японией испробован, потом с рядом других стран азиатских, латиноамериканских, России. Или же должны платить американские обыватели, что очень боится, естественно, политическая сейчас власть в Америке. Потому что две трети спрос и вообще внутренняя экономика - это святое. Почему и держится политика сильного доллара, чтобы не дай Бог обыватель не почувствовал и не побежал продавать акции и прочее и не развернулась внутренняя инфляция еще сильнее, чем она сейчас есть, несмотря на всю фальсификацию статистики.

То есть в этом плане и последняя возможность, которая совсем невероятная, и которую они для себя реально не рассматривают, это то, что заплатят вот эти вот инициаторы и главные игроки, то есть глобальные финансовые и даже не столько финансовые, а информационно-финансовые группы, причем сейчас статистика появилась по этим деривативам. Как ни странно их крупнейшими владельцами являются не только банки, но и компании реального сектора типа «Дженерал Электрик», которая в течение первого квартала без проблем 1 миллиард 200 долларов убытков потерпела на этом рынке, но это не крупная сумма. Поэтому, то есть там как бы все в этом деле участвуют, и конечно, этот последний вариант, он самый экзотичный, для них маловероятный. Будут все остальные сначала, естественно, испробованы.

Теперь я хочу сказать, что цели на самом деле особо и не скрываются. То есть США открыто, и когда для тех, кто, еще раз говорю, понимает о чем идет речь, заявляет устами своих госдепартамента, Министерства финансов о той же политике сильного доллара, о прямой связи судьбы, скажем, евро с позицией Европы по ПРО, такие заявления недавно были и прочее и прочее.

Значит, позиция Америки по России опять же достаточно понятна и особо тоже не скрывается. Ну я не беру в целом, а вот в финансово-экономической области. То есть, с одной стороны, сейчас взят курс на то, чтобы реанимировать и реабилитировать оффшоры, как основной механизм перекачки финансовых ресурсов на фондовые рынки США, финансовые рынки США…. Поэтому здесь открыто заявляется, что оффшоры будут жить, что от них надо, так сказать, отцепиться. Но при этом американский Минфин на днях, так сказать, подтвердил сразу же после решения, принятого в Париже по противодействию отмывания, что пока если Россия, не дай Бог, к 30 сентября не примет самых действенных санкций, то к ней вместе с Науру будут применены очень серьезные финансовые санкции.

Идет такая позиция. Зачем деньги прокаженному или там отверженному? В принципе деньги надо отдать, а остальным запереться под неким, может быть, новым «железным занавесом». Но пока, конечно, об этом речь не идет, пока сейчас некоторый другой еще период. Поэтому практически те, которые угрозы сейчас существуют основные. Вот я уже сказал, что Европа – это основная, среднесрочная угроза для России, потому что это основной рынок для нас. А краткосрочная и тоже среднесрочная угроза очень серьезная – это недооцененные в сотни раз наши стратегические активы, не территорий и прочее. Поскольку в случае серьезного мирового кризиса и опять же есть соответствующие опыты в истории, обезумивший капитал, фиктивный, так называемый, хотя он себя рассматривает вполне реальным. Он, конечно, вкладывается в реальные активы.

Поэтому и ответ должен быть в принципе здесь на эту угрозу достаточно адекватный, потому что иначе, действительно, через достаточно короткое историческое время окажется, что у России нет стратегических активов. И в этом смысле уже не останется никакого пространства для противодействия.

Вот я уже сказал, что есть в принципе достаточно серьезная угроза – это финансовая изоляция в случае выбора соответствующего холодного варианта в Вашингтоне.

Вот эта возможная долгосрочная депрессия в Европейском союзе, которая, возможно, на самом деле, даже при «выздоровлении» США за счет опускания Европы. Как еще раз говорю, было в свое время с Японией, Америка может получить еще некоторое время на очередной раунд финансовых и прочих прибылей.

И, конечно, такой угрозой является отсутствие в стратегии государства понимания мировой динамики и реальных угроз. В этом смысле здесь академик Львов говорил об этом, практически действия Правительства России направлены в противоположную сторону. Речь идет о рентных платежах, об этом говорил и Президент в своем Послании, но реально с 1 января 2002 года все рентные оставшиеся немногие платежи отменяются, там фактически происходит переход на единый налог для всех компаний по типу акциза. И, так сказать, там уже остается совсем немного, чтобы закрепить это положение.

В этом смысле как бы практически сводится к тому, чтобы форсировать обсуждение с Европейским союзом инициативы господина Проди, двух даже инициатив по двукратному увеличению энергоснабжения Европы за счет России. Действительно, другого варианта для Европы нет на перспективу 10-15 лет, потому что все альтернативные газовые месторождения исчерпаются к тому времени: Норвегия и Великобритания. И переход на евро во внешней торговле, тоже такая инициатива была, которая была воспринята с любезным вниманием, но как некий экзотик.

На самом деле, Россия в этом заинтересована не меньше Европы, но только в некотором переговорном формате. То есть должна быть заключена с Европой целая система сделок, то есть в увязке с проблемой госдолга и в увязке с фиксацией долгосрочных цен на российские товары, то есть переход на евро должен быть согласован с фиксацией долгосрочных цен, чтобы можно было нормально планировать. Потому что, конечно, при дальнейшем развитии событий, в таком, как сейчас, те сырьевые сверхдоходы, которые Россия получала, они в краткосрочной перспективе прекратят иметь место. И наоборот может быстро восстановиться весь тот спектр проблем, который мы имели в 1997, скажем, году.

Рынки Европейского союза, как основные рынки для России, должны быть, подменены тоже на российские высокие технологии. Я здесь, еще раз говорю, такая несколько внешне парадоксальная вещь, но реально я считаю, что в долгосрочной перспективе у Европы никаких нет шансов на собственно и идентичность, и безопасность без России, без российских оставшихся технологий, как ни странно, в оборонной области, потому что иначе Европа будет без конца зависеть от Соединенных Штатов. И вариант с использованием НАТО как некоторого управляющего зонтика, опять же, приведет к тому, что экономическое развитие и прочее развитие Европы будет полностью зависеть от того, какие будут интересы у НАТО в Косово, Македонии и прочее.

Ну и такие вроде бы более даже очевидные вещи – это, конечно, приведение структуры золотовалютных резервов России в соответствие со структурой госдолга и внешней торговли. И сейчас там большая часть – это долларовые активы. Реально даже у Европейского центрального банка 45 процентов в резервах – это золото, не смотря на все разговоры о том, что роль золота падает и прочее. Сейчас вроде бы золотой картель, который многие годы существовал, он несколько тоже накренился, но дело в том, что практика это не подтверждает. Россия, все центральные банки ведущие мира, они эту роль реальных активов своих золотовалютных резервов не уменьшают. В России тем более есть возможности увеличить за счет золота и драгоценных металлов, камней и прочее.

И последнее – это были такие тоже разговоры о стабилизационном фонде, будет он создаваться, не будет. Или другая модель опять же академика Львова о том, что это должно быть на балансе какого-то государственного органа, Министерства природных ресурсов и прочее. Но речь идет о том, что те излишки, которые есть, реальные, которые надо конечно через налоговую систему и прочие легальные средства, рентные сверхдоходы получать государству. В принципе, если эти доходы, как предполагается, будут вложены в какие-то долларовые, валютные, финансовые инструменты – это будет, фактически, та же форма вывоза капитала, на которой сейчас так настаивает господин Илларионов и прочие наши ведущие гуру либерального пути, очередного оздоровления России.

Поэтому средства этого стабилизационного фонда или в другой форме должны быть вложены в реальные активы, прежде всего объекты инфраструктуры. В том числе называлось, и оценки в принципе этого есть, земельные участки, в том числе земля, недра, те, которые находятся в пользовании Газпрома, нефтяных компаний и прочее и не только в России, скажем, в странах СНГ. В этом случае, во-первых, будет решаться вопрос, может быть в дальнейшем решен вопрос с внешним долгом страны, потому что при соответствующей капитализации этих активов, реальный их учет, весь долг перед Парижским клубом можно будет зачесть или обменять на весьма небольшую часть инвестиций в эти активы, совместных. Потому что в принципе такая инициатива тоже выдвинута.

Заканчивая, я хочу сказать, что еще раз предмет наших парламентских слушаний, я считаю, весьма актуален, но я, не знаю, может быть, и присутствует в зале, но я не вижу, по крайней мере среди выступающих, лиц, которые принимают реальные решения от имени государства, то есть прежде всего Центрального банка, Министерства финансов. Конечно, без того, что там что-то поменяется, парламент, я думаю, не сможет здесь самостоятельно что-то сделать, но тем не менее, естественно, чем раньше и чем полнее диагностированы угрозы, тем больше есть шанс в том, что есть время на принятие адекватных мер. Спасибо.

На следующую страницу
К началу страницы