Новое средневековье уже рядом:
Брутальный «британский» империализм в наши дни

Линдон Ларуш

18 октября 2008 г.

Введение: Промах Ленина в экономической науке

По основаниям, которые прояснятся в ходе представленного в данной работе глубокого рассмотрения причин, профилактики и лечения разворачивающегося общеэкономического кризиса на нашей планете, существуют легко доступные возможности для благополучного спасения от сегодняшнего кризиса.

В частности, валютно-финансовая система современного мира не может выжить, и мы, американцы, тоже не выживем, не начав качественно нового сотрудничества с Россией и другими странами в ближайшие месяцы, не создав коалиции, достаточно мощной для подавления попыток сил англо-голландских либеральных финансистов уничтожить всех нас вместе, вздернув каждого из нас поодиночке. Если этих конкретных партнеров разобщить, то от этого проиграет все человечество. В истории мощные альянсы предполагаемых жертв разбойника нередко свергают тирана.

Однако должна и может быть установлена новая мировая экономическая система соответствующих суверенных, «свободных от глобализации», современных наций-государств – система, которая будет полностью соответствовать исходному замыслу Бенджамина Франклина и Александра Гамильтона при основании нашей федеративной республики Соединенных Штатов. Она не будет иметь ничего общего с валютными, экономическими и сопутствующими особенностями Британской (англо-голландской либеральной) мировой империи и с ее корнями в таких местах, как по сути фабианское империалистическое руководство британской Лейбористской партии Тони Блэра – автора иракской войны и других зверств (при помощи мошенничества и смерти честного ученого Дэвида Келли, работавшего на британскую разведку), баронессы Лиз Саймонс и ее мужа, и Гордона Брауна.

США и Россия

Выдающееся значение России как одного из партнеров США в этой глобальной программе восстановления экономики можно увидеть в отношениях между двумя странами с того времени, когда Екатерина II сыграла свою роль в создании Лиги вооруженного нейтралитета, от которой в тот момент зависела свобода самих США. Точно так же, когда неизменный империалистический противник нашей республики – Британская империя – в 1861-1865 гг. сплотил Наполеона III и работорговую испанскую монархию, пытаясь уничтожить нас и Мексику, российское Морское ведомство оказало нам самую существенную помощь, развернув свой флот, чтобы гарантировать защиту нашего тихоокеанского и атлантического побережий от открытого нападения британского флота.

Но эти отношения с Россией имели еще более глубокие общие корни; связь заключалась в общем влиянии Готфрида Лейбница при формировании идей, от которых зависели наше экономическое развитие и замысел нашей Декларации независимости; идей, повлиявших также и на Петра I, который посетил академию в саксонском Фрайберге как наследник и царь через несколько лет после приезда туда Лейбница.

Роль России как одного из потенциальных ключевых партнеров США в ходе возможного глобального подъема сегодняшней мировой экономики имеет две основные особенности. Во-первых, и у нас, и у России есть глубоко укорененные, давние, исторически обусловленные общие интересы. Во-вторых, Россия по историческим причинам со времен Чингисхана представляет собой основную евразийскую культуру в мире. Россия вместе с группой независимых теперь республик на территории, которая некогда была Советским Союзом, а еще раньше Российской империей, это ворота между республиканскими течениями в рамках трансатлантической культуры мира и их продолжением на просторы Азии.

У США и России есть и общий стратегический интерес в сопротивлении злу, творимому их главным общим врагом – Британской (или, лучше сказать, брутальной) империей. Зловещая главная роль премьер-министра Маргарет Тэтчер в заговоре Тэтчер, Миттерана и Буша по подавлению Германии при помощи Маастрихтского соглашения, равно как и Восточной Европы (в том числе России), а впоследствии использование британской королевской яхты для устранения тогдашнего правительства Италии, типичны для позиции британского империализма в отношении взаимодействия с соседями из континентальной Европы.[7]

На планете в целом примерно с 1620 г. все больше дает о себе знать принципиальный системный трансатлантический конфликт между англоязычным населением США и империалистическими интересами, сосредоточенными в Британии. Установление британской монархии и англо-голландской либеральной финансовой системы при помощи т.н. «Семилетней войны» 1755-1763 гг. отделили патриотов англоязычной Северной Америки от Британии. Характер этого разобщения сохранился в избранной Британией роли с момента заключения Парижского мира в феврале 1763 г. в качестве основного врага дальнейшего существования того образования, которое станет Соединенными Штатами Америки Бенджамина Франклина и других деятелей. Парижский мир подтвердил статус Британской Ост-Индской компании лорда Шелбурна и прочих как сердцевины подлинно англо-голландской либеральной имперской власти, которая на протяжении всей своей внутренней эволюции оставалась самым последовательным врагом нашей республики с того времени и до сего года, в котором основную роль играют такие агенты британского Форин-офиса, как наркобарон Джордж Сорос, в Демократической партии, на президентских «праймериз» и затем в период общих президентских выборов в ноябре.

С февраля 1763 г. тон в политике задавали англо-голландские либеральные империалистические интересы. Они неоднократно губили попытки разработать устойчивые системы правления на европейском континенте.

Война Британии против нас с 1890 г.

С момента образования британского Форин-офиса в 1782 г. главой Британской Ост-Индской компании лордом Шелбурном,[8] важнейшей особенностью британского империализма всегда были не британские колонии как таковые, а, скорее, главенствующая роль Британской Ост-Индской компании лорда Шелбурна, Иеремии Бентама и прочих, и созданной ею англо-голландской либеральной финансовой иерархии, распространенная на большинство территории планеты. Наследие Семилетней войны сформировало характер британской империалистической системы – характер, к которому она возвращалась зримым образом вновь и вновь, особенно после того, как в 1865 г. потерпели крах ее попытки разрушить Соединенные Штаты – неудачу, вызванную разгромом этой системы войсками под командованием президента Авраама Линкольна при помощи России. Разгром британцев республикой Линкольна был грозным поражением британской имперской политики, проводимой главой британского Форин-офиса Иеремией Бентамом, а позднее лордом Пальмерстоном. Это был крах британского намерения изолировать США и исключить возможность их дальнейшего существования как эффективной силы в Северной и Южной Америке.

Если бы британцы в тот момент не мобилизовались для разжигания войны во всей Евразии, то Британская империя – англо-голландская империя ростовщичества – уже давно перестала бы существовать. Угроза положить конец британскому имперскому могуществу возникла с момента принятия модели американской системы политической экономии, влияние которой, да и целые системы, копировавшиеся с нее, распространились из Северной Америки в континентальную Европу и далее. Таким образом, с этого момента угроза американского влияния для тирании британского морского могущества, от которого зависела Британская империя, стала т.н. «геополитическим» вопросом, по поводу которого Британская империя постоянно вела войны, особенно после того, как принцу Уэльскому удалось повлиять на отставку канцлера Отто фон Бисмарка в 1890 г. В сущности, с тех времен все важные войны на планете представляли собой выражение т.н. «геополитического» конфликта между американской республиканской моделью и британской империалистической моделью общества.

Злоба британцев на президента Линкольна была, несомненно, основным мотивом убийства британскими спецслужбами президента Линкольна, как впоследствии и президентов Гарфилда и Маккинли – и это не единственные случаи; основная причина заключалась в стратегическом интересе британского империализма в уничтожении американской республики как самого смертельно опасного противника сохранения имперского могущества Британии, каким она [республика] была под руководством президента Франклина Д. Рузвельта. Убийства или подкуп президентов и законодателей США были самыми обычными попытками для достижения все того же общего результата. Роль британской монархии в отставке Бисмарка для того, чтобы начать войну, ставшую первой мировой войной, свидетельствует о более общей антиамериканской стратегии англо-голландской либеральной системы, сохранявшейся в течение всего времени после февраля 1763 г.

Чтобы наглядно пояснить этот принципиальный момент, обратимся к следующему.

В период после отстранения от должности в 1890 г. канцлер Отто фон Бисмарк предупреждал: единственной причиной событий, которые фактически станут затеянными Лондоном балканскими войнами, предсказуемо приведшими к всеобщей войне в 1914 г., было умышленное повторение британцами Семилетней войны 1755-1763 гг., развязанной англо-голландскими либеральными финансистами. Та война привела к возникновению Британской Ост-Индской компании как имперского образования и мирового могущества после заключения Парижского мира в феврале 1763 г. Британская имперская, международная финансово-олигархическая институция постоянно добивается ослабления и уничтожения всех противников Британии. Ее политика всегда была отражением намерения установить власть англо-голландских либеральных финансистов в качестве единственной подлинно мировой «глобализованной» империи на нашей планете с того момента и по наши дни. Что касается самой британской монархии, то это просто креатура имперской финансовой олигархии, чья современная политическая и финансовая мощь представляет собой институциональное выражение так называемой новой венецианской партии Паоло Сарпи и его последователей.

Понять это должно быть просто для любого образованного человека, который при этом не является глупым идеологом в духе Редьярда Киплинга и полковника Блимпа. Книга «Упадок и разрушение Римской империи», написанная Эдуардом Гиббоном как отчет для своего хозяина лорда Шелбурна, фактически представляет собой проект всех долгосрочных задач и принятого Шелбурном имперского характера будущей Британской империи. В качестве доктрины для империи предписывается принятие модели Юлиана Отступника, поскольку характерная особенность замысла империи была именно так и описана Гиббоном, и она осталась очевидным практическим замыслом с того момента и до сегодняшнего дня.

Таким образом, благодаря Шелбурну, Гиббону и иже с ними мы и получили не только всеобщую войну 1914-1918 гг., но и Вторую мировую войну и «холодную войну» США после президентства Франклина Рузвельта под руководством приспешника Британии президента Гарри Трумэна.[9] Создание Трумэном и Черчиллем длительного конфликта между США и Советским Союзом в принципе никогда не было ничем иным, кроме как дальнейшим развитием – именно так, как и понимал канцлер Бисмарк – намерения, выраженного последователями лорда Шелбурна из Британской Ост-Индской компании после заключения Парижского мира в феврале 1763 г.

Таким образом, Французская революция 14 июля 1789 г. и последующих лет и использование Лондоном и Габсбургами разрушения континентальной Европы Наполеоном Бонапартом для получения длительной стратегической выгоды Британской империи были проявлениями основного типа более масштабных операций в арсенале махинаций британского Форин-офиса, контролируемого Британской Ост-Индской компанией под предводительством лорда Шелбурна и его последователей. С того времени и по сей день эти последователи продолжают воплощать все ту же имперскую стратегию, которую Британская Ост-Индская компания применила для организации Семилетней войны 1755-1763 гг.

Невольное орудие британцев – Наполеона Бонапарта – точно таким же образом использовали к выгоде хихикавших все это время британских кукловодов, и ради все той же цели, что и при организации англо-голландскими либералами Семилетней войны. Как позже предположит бывший канцлер Бисмарк, Венский конгресс 1814-1815 гг. был одним из звеньев в цепи последовавших событий после имперского триумфа Британской Ост-Индской компании при заключении Парижского мира в феврале 1763 г.

После разгрома – под руководством президента Авраама Линкольна – новых попыток Британской империи уничтожить претензии США при помощи операций империи, постоянно проводившихся британском Форин-офисом лорда Шелбурна, Иеремии Бентама и лорда Пальмерстона в период с 1815 по 1865 гг., Британская империя спровоцировала события, вылившиеся в «геополитические» Первую и Вторую мировые войны. Эта новая (после 1865 г.) британская имперская политика была ориентирована на непрерывную череду всеобщих имперских войн, типичным примером которой служит использование отставки Бисмарка британским принцем Уэльским Эдуардом Альбертом для того, чтобы подготовить почву для натравливания российского царя Николая II на немецкого кайзера Вильгельма II. Одновременно принц Уэльский Эдуард Альберт уговорил японского микадо развязать в 1894 г. от имени Британии войны, которые Япония вела в 1894-1945 гг., направленные на достижение двоякой цели: уничтожение правительства Китая и расчленение этой страны, а также уничтожение морской мощи в Тихом океане общего противника микадо и Британии – Соединенных Штатов.[10]

На наступившем после 1865 г. этапе Британская империя применяла те же методы, используя тех, кто стал уже на моей памяти «бывшими англо-американскими сторонниками Адольфа Гитлера» (таких, как дед нынешнего президента США Прескотт Буш, сыгравший ключевую роль в спасении Гитлера от банкротства в критический момент), для втягивания самих США в исполнение роли британской марионетки. США должны были играть роль марионетки в оказании давления англо-голландскими либералами в сторону использования ядерного конфликта между США и Советским Союзом, как того требовал безгранично порочный Бертран Рассел с 1946 г., чтобы обеспечить взаимно гарантированное ядерное уничтожение обеих основных стратегических стран – мишеней.[11]

Фактический альянс британцев с Гитлером в 1923-1940 гг. подорвала случайность: роль профашистского правительства Франции в открытии ворот Франции для нападения вермахта. Это побудило таких британских лидеров, как Уинстон Черчилль, порвать с Гитлером после нарушения им соглашения о признании Франции в качестве британской марионетки. Тогда британцы обратились за спасением к США президента Франклина Рузвельта, а нацистская Германия потерпела поражение в войне, которая стала для нацистской державы в конечном счете безнадежной войной на два фронта.[12]

Тот же самый британский империализм является источником самого примечательного стратегического зла, существующего сегодня на нашей планете, особенно зла, пропагандируемого при помощи сатанинских, применяемых после 1989-1991 гг. механизмов организованной нравственной и экономической порочности, известной под названием «природоохранной деятельности» и «глобализации». Именно «глобализацию» пропагандировал британский ставленник, бывший вице-президент США Эл Гор со своими лживыми россказнями против науки – этим он занимался на своей должности как сподвижник британского принца Филиппа, герцога Эдинбургского (который открыто требовал геноцида большинства населения планеты) в компании с ныне покойным подручным герцога, принцем Бернардом, в ходе их направленной на геноцид кампании через Всемирный фонд дикой природы.

Все это имеет принципиальные стратегические, экономические и сопутствующие последствия в настоящий момент.

Результатом этой англо-голландской либеральной империалистической политики является также происхождение, в период с 1945 по 1980 гг., процессов постоянного, происходящего в планетарном масштабе, общеэкономического кризиса всей мировой системы.

Таким образом, после нескольких столетий мы достигли такого момента времени, в котором совокупность экономических и других культурных факторов, порожденных преимущественно либерализмом англо-голландских финансистов, создала более чем зрелые предпосылки для угрожающего нам сегодня физического кризиса-коллапса всей планеты.

Поэтому самой насущной интеллектуальной проблемой, которой мы должны заниматься, является изучение ошибок в поведении самих наций, намеченных на роль жертвы, неверного поведения, из-за которого намеченным жертвам англо-голландского либерализма (включая такие ведущие державы, как США, Россия, Китай и Индия) не удается стать необходимым мощным стержнем единения для тех стран, которые могут решиться навсегда стряхнуть с себя роль одураченных стратегических жертв Британии, которую играли раз за разом.

Закон: империя против нации

Нынешний период современной истории, последовавший за установлением либеральной власти англо-голландской разновидности при Вильгельме Оранском и после двух последних ужасных лет перед смертью английской королевы Анны, представлял собой британскую кампанию по замене правительств подлинно суверенных наций-государств на искаженную роль для наций – такую, при которой, как показывают Европейский Союз и Маастрихтское соглашение, нации становились простыми придатками, простыми подчиненными, почти «карманными королевствами» в «глобализированной» форме мировой империи.

Призрак геноцида при помощи новой «Вавилонской башни», называемой «глобализацией», – вот перспектива на самое ближайшее время, если только силы англо-голландского либерального ростовщичества сегодня не потерпят от нас поражения. Для выполнения этого условия нам нужен отряд наций-государств, достаточно мощный для того, чтобы вывести так называемый британский империализм из строя раз и навсегда.

По связанным с Британией причинам фашистский культ «Уэзерменов», – последышей тех, кто заполонил кампус Колумбийского университета в Нью-Йорке, проявился в постыдных чикагских бунтах. Отголоском этой совершенно порочной структуры, основанной на дионисийском культе, стали еще более безумные проявления в конце 1980-х гг. в Германии, где антиядерные фашистские беспорядки, устроенные немецкими «двоюродными братьями» Уэзерменов, почти достигли уровня откровенной гражданской войны. Это ключ к пониманию сорелианского культа насилия, выраженного в так называемом «международном терроризме», новом «1848 годе» в период 1968-2008 гг.

Фактором бунта в современных государствах всегда руководят сверху, изнутри ведущих финансовых институтов и связанных с ними юридических фирм, которые всегда сосредоточены преимущественно в командной структуре в англо-голландских либеральных сетях финансовой олигархии. За этими молодыми фашистами уэзерменского или аналогичного толка всегда стоит тот же самый замысел, как и в те времена, когда интересы англо-венецианских финансистов выпустили Муссолини в инсценировке сорелианского «очистительного насилия». Поищите за фасадом фашистского культа «Уэзерменов», в офисах, где он сегодня гнездится, и вы увидите, где притаилась опасность для нашей республики.

Вырождение бывших суверенных государств континентальной западной и центральной Европы после того, как Германия смирилась с утратой суверенитета при канцлере Хельмуте Коле премьер-министром Маргарет Тэтчер (с согласия тогдашнего президента Джорджа Г. У. Буша) достигло сегодня такого состояния, при котором в техническом отношении ни одна страна континентальной западной и центральной Европы не является подлинно суверенным государством, если только – и до тех пор, пока – она не освободится из трясины возглавляемых Британией «энвайронментализма» и «глобализации». В частности, как яснее всего видно по современным Франции и Италии, налицо проявления растущей решимости довести до конца это необходимое освобождение из-под железной пяты англо-голландского либерального империализма.

Таким образом, сама Великобритания по существу не является подлинно суверенной нацией-государством, но фактически представляет собой всего лишь провинцию имперской финансово-олигархической монархии – имперской монархии, правящей такими подчиненными, как нации-государства, которые поэтому практически сведены до уровня составных частей виртуальной «Вавилонской башни», все более «глобализированного» подобия просто королевств прошлых имперских порядков Европы – таких, как управляемый венецианцами феодализм, и не являются подлинно суверенными государствами. К числу жертв относятся королевства, живущие под властью империи, под властью олигархического режима, с такими результатами, как империя Августа Цезаря, а также более позднее выражение (исходно азиатской) формы империи Диоклетиана и его преемника Константина.

В соответствии с тем же ультрамонтанским принципом империализма один лишь император может устанавливать общие принципы права; у королевств нет полномочий сверх издания того, что справедливо называют местными ордонансами. Так, в соответствии с древним азиатско-европейским олигархическим принципом имперского права, распространившаяся по всему миру либеральная финансовая олигархия, а не Соединенное Королевство, сегодня является единственной существующей имперской властью в мире.

Неофеодальный путь к умирающей Европе

С упадком Византии более тысячи лет назад имперская держава переместила свой центр власти из Византии в набиравшую силу финансово-олигархическую Венецию – Венецию, которая использовала, в частности, анжуйское рыцарство (модель будущих нацистских СС) как инструмент навязывания правления феодального эквивалента современного международного фашизма эсэсовского толка – цезарианское государство.

Эта эволюция средневековой Европы при управлении феодальной системой венецианцами привела к наступлению печально знаменитого нового «темного века» в XIV столетии, в течение которого количество приходов в Европе сократилось вдвое, а численность населения на треть. Этот новый «темный век» привела на сцену истории практика ломбардского ростовщичества, применявшего методы, сходные с методами 1987-2008 гг., при помощи которых мир в целом был поставлен на грань общеэкономического кризиса.

Новорожденную современную Европу XV века спасли события, центром которых стали такие фигуры, как великий гений кардинал Николай Кузанский, установивший принцип современной суверенной нации-государства и заложивший основы современной науки. Влияние Николая Кузанского привело к основанию первых в Европе современных республик наций-государств – Франции при Людовике XI и Англии при его поклоннике Генрихе VII. Эти события установили современную европейскую цивилизацию, но они, к сожалению, не обошлись без борьбы. Всё те же венецианские силы, представленные Габсбургами, нанесли ответный удар, погрузив Европу в религиозные войны 1492-1648 гг.

Таким образом, после связанного с Габсбургами изгнания евреев из Испании в 1492 г. система суверенных наций-государств и современной науки, установленная великим экуменическим Флорентийским собором, была в значительной степени подавлена, что привело к погружению всей Европы в 1492-1648 гг. в длительный период религиозных войн. Из этих длительных войн венецианская группировка, возглавляемая Паоло Сарпи, вышла крупной, набиравшей влияние силой т.н. протестантской власти – власти, закрепившейся в прибрежных районах северных побережий Европы в отличие от правивших ранее номинально католических регионов морских средиземноморских областей.

В этот период постоянных религиозных войн 1492-1648 гг., предшествовавших Вестфальскому миру 1648 г., были одержаны две важных, хоть и частичных, победы дела суверенной формы европейской нации-государства. Кроме того, эти два важнейших тесно связанных друг с другом события определили историю основных современных, распространившихся на весь мир событий вплоть до настоящего времени.

Первым был продукт великого экуменического Флорентийского собора, выраженный в дальновидном предложении Николая Кузанского о трансокеанском развитии, которое первоначально осуществилось при помощи Христофора Колумба. Это было движение, толчок которому дало выполнение Колумбом программы Николая Кузанского по переносу лучших образцов современной европейской цивилизации через океаны – в места, откуда необходимые реформы Европы, испорченной наследием древней азиатской «олигархической» модели, можно развить и внедрить, чтобы освободить саму Европу от олигархического зла. Развитие будущих США так, как оно происходило в колонии Массачусетского залива до 1689 г., стало основным примером этого; основание и сохранение американской республики до смерти президента Франклина Рузвельта символизирует это счастливое развитие.

Второе, более позднее, важнейшее положительное событие было выражено как отголосок французского Людовика XI и английского Генриха V, в ключевой роли кардинала Мазарини и его сподвижника Жан-Батиста Кольбера в установлении и развитии великого экуменического принципа отношений между суверенными государствами, на котором был основан Вестфальский мир 1648 г.

Однако наследница неовенецианской либеральной системы в духе Паоло Сарпи – т.н. англо-голландская либеральная система – стала основным эффективным противником этого счастливого развития, воплощенного в форме американской республики, основанной на принципе Вестфальского договора.

Результатом этого конфликта была растущая концентрация величайшего относительного импульса за и против экономического развития в двух противостоящих друг другу англоязычных державах: американской республике и британской либеральной системе. Эта трансатлантическая борьба, сосредоточенная в противостоящих друг другу англоязычных культурах, борьба за подлинную свободу человека против англо-голландской либеральной формы нео-венецианского империализма, стала основным стержнем мировой истории до сегодняшнего дня.

Только с этой точки зрения на основные элементы современной и связанной с ней истории можно определить и понять сегодняшнюю смертельную угрозу дальнейшему существованию цивилизации. Понимание этого совершенно необходимо, если миру и прогрессу суждено существовать где-либо на нашей планете в обозримый период жизни грядущих поколений.

Продолжение: 1. Англия и Карл Маркс

К началу статьи

Перевод с английского Константина Бородинского, Марины Бурковой, Рейчел Дуглас. Статья была опубликована на английском языке в журнале EIR от 31 октября 2008 г.


[7] 2 июня 1992 г. британская королевская яхта «Британия» бросила якорь за пределами территориальных вод Италии и приняла на борт группу избранных итальянских банкиров и бизнесменов для ведения переговоров с банкирами из лондонского Сити. Их повесткой дня был вопрос о способах разрушения политической системы Италии, которую считали препятствием для необходимого упорядочения итальянской экономики перед ее включением в сферу Маастрихтского диктата ЕС. Их планы были реализованы с помощью спекулятивной атаки на итальянскую валюту под руководством биржевого спекулянта Джорджа Сороса. Представителем итальянского правительства на борту «Британии» был генеральный директор Казначейства Марио Драги, который в настоящее время является главой Центрального банка Италии и председателем Форума финансовой стабильности. После того, как в одном из январских номеров журнала «EIR» за 1993 г. были описаны подробности этой встречи, Драги стали называть «г-н Британия». Примечание переводчика.

[8] Это произошло при британском правительстве Рокингама, но у лорда Шелбурна уже была власть в этом правительстве еще до того, как стал премьер-министром после смерти Рокингама. Британский Форин-офис, в котором фаворит Шелбурна Иеремия Бентам служил контролером Секретного комитета Форин-офиса – комитета, организовавшего и проведшего Французскую революцию при помощи управляемых британцами французских и савойских заговорщиков-франкмасонов – не был представителем самостоятельных интересов британской монархии ни в тот момент, ни при Бентаме или его протеже и основном преемнике лорде Пальмерстоне.

[9] Теологическая доктрина фаворита Шелбурна Иеремии Бентама не оставляет места для сомнений в том, что Британская империя пригрела собственного Юлиана Отступника – это подтверждает и имперская практика Британии в последующий период. Примерами служат наши современники принц Филипп из сатанинского Всемирного фонда дикой природы и его сын и единомышленник принц Чарльз.

[10] Японско-британская атака на американскую базу в Пёрл-Харборе была спланирована этими союзниками в рамках разработанных в начале 1920-х гг. схем атаки на военно-морскую мощь США после Первой мировой войны в Тихом и Атлантическом океанах. Миссия Японии на службе Британии заключалась в том, чтобы отобрать военно-морскую базу в Пёрл-Харборе уже в первой половине 1920-х гг.! Эта схема была обнародована в ходе знаменитого военно-полевого суда над генералом Билли Митчеллом; развитие им военно-воздушных сил авианосного базирования было единственным обвинением, выдвинутым против него симпатизирующими Британии представителями президентской администрации США. Кроме того, оно входило в состав американской стратегии военного планирования в 1920-е гг.

[11] Фашист по своей сути Бертран Рассел нисколько не раскаивался в содержании той политики, которую он откровенно собирался использовать как средство пропаганды массовых смертей.

[12] Проект, ставший лондонским «проектом Гитлер», был запущен во время кризиса, спровоцированного в Германии гиперинфляцией, вызванную исключительно условиями Версальского мира. Примерно с этого времени повышался уровень готовности поддержать дело нацистов – дело Германа Геринга и Адольфа Гитлера – преимущественно англо-голландскими либералами, включая окружение Прескотта Буша. Поддержка для Гитлера была организована в основном Монтегю Норманом из Банка Англии и Яльмаром Шахтом, а также такими силами в Нью-Йорке, как работодатель Прескотта Буша «Браун Бразерс Гарриман». Эта поддержка Гитлера продолжалась в этих финансовых кругах до тех пор, пока Британия неохотно не рассталась с Гитлером – не только после победы нацистов во Франции, но и после намерения Германии прибрать к рукам французские военно-морские и экономические силы для запланированного Гитлером захвата всей Европы посредством разрушения, опустошения и расчленения Советского Союза – очень похоже на сегодняшнего агента Британии Джорджа Сороса.

К началу страницы