Текущая история как трагедия:
Россия и Иран в стратегической перспективе

Линдон Ларуш

30 марта 2007 года

Упрямая некомпетентность практически всех мировых экономистов является следствием опоры на механистически-статистические картезианские методы вместо римановских принципов динамики. Это же сегодня происходит в сфере внешней политики большинства стран мира. Неспособность некоторых влиятельных иранских лидеров понять раздражение президента Путина отражает распространенную склонность к механистическому мышлению, а не динамике в стратегических вопросах. Эта же методологическая ошибка характерна для распространенных ошибочных экономических прогнозов.

Наблюдатели заметили некоторую напряженность в отношениях между Россией и Ираном в результате отрицательной реакции Ирана на гибкую политику России в связи с тем, что Англия и США используют предположительную программу разработки ядерного оружия Ираном в качестве предлога для эскалации уже разгорающейся асимметричной войны в регионе Юго-Западной Азии.

Представляется, что президент Путин понял две вещи, которые, к сожалению, упускают из вида влиятельные круги Ирана и других стран. Не следует выделять Иран в связи с этой проблемой метода; то, что выдают за стратегическое мышление в большинстве стран Западной и Восточной Европы, а также в руководящих кругах США, представляет собой такую же методологическую ошибку, какую совершают и некоторые влиятельные круги Ирана.

Другими словами, ошибка, которую совершают некоторые иранские круги, представляет часть мозаики опасных заблуждений руководства многих других стран. Другую часть, самым очевидным образом, составляет упрощенческая пародия на «стратегическое мышление» профессиональных политиков, как в Конгрессе США, так и среди перспективных кандидатов на пост президента.

Во-первых, благоразумный командующий всегда знает своего врага. Настоящим врагом часто является хитрый противник, который притворяется союзником.

Так Бисмарк совершенно справедливо вел войну против английской марионетки Наполеона III, и также справедливо, хотя и безуспешно, старался препятствовать недальновидному отказу прусской монархии закончить войну сразу же после разгрома Наполеона III. Ошибка кайзера заключалась в том, что уязвленная Франция в последующем оказалась послушной игрушкой в геополитических играх Лондона и Первой и Второй мировых войнах против континентальной Евразии.

Недальновидный и обманутый Вильгельм II и другой племянник Эдварда VII, царь Николай II ввязались в войну друг с другом к удовольствию австро-венгерской кайзера, и все это в угоду империалистическому Лондону, поставившему цель взаимного уничтожения Герани и России в геополитических войнах. Кайзер лично расчистил путь к войне с Россией, отстранив Бисмарка, не желавшего втягиваться в глупости Габсбургов на Балканах.

Второй пункт заключается в том, что мудрый военачальник никогда не позволит врагу вынудить его занять определенную позицию в определенное время, специально выбранные противником к своему преимуществу. Например: единственно важный и настоящий враг Ирана находится в Лондоне, а также среди союзников бывшего вице-президента Гора, тесно связанных с Лондоном. Лондон премьер-министра Блэра также является настоящим врагом и США и народов Юго-Западной Азии. Клику Блэра нужно либо разгромить, либо усмирить более мягкими средствами.

С учетом этих двух соображений политика Путина в отношении иранской реакции на англо-американские действия по расширению театра военных действий в Юго-Западной Азии представляется благоразумной, а некоторое сопротивление иранцев увещеваниям Путина является зловещей тактической ошибкой – иранцы не учитывают динамический характер мировой стратегической ситуации в целом.

Объясню это на очень актуальном примере из недавней истории.

Война Франклина Рузвельта

Адольф Гитлер пришел к власти при поддержке и под руководством британской монархии и ее англо-голландских и французских синархистских приспешников, включая финансовые круги в самих США, симпатизировавших Муссолини и Гитлеру. Рузвельт понимал это и оценивал как реальную мировую стратегическую ситуацию. Он сыграл на затруднениях Великобритании и втянул ее и других бывших сторонников Гитлера в сложнейший военный союз Рузвельта, Черчилля, Сталина и других, разрушивший планы нацистов на мировое господство фашистской системы под руководством Гитлера.

С исторической точки зрения, безвременный уход президента Рузвельта привел к смещению баланса сил внутри США, по замыслу президента направленных на полное послевоенное искоренение всех остатков имперского колониализма. Победили про-имперские тенденции, которые президент Эйзенхауэр назвал «военно-промышленным комплексом».

Захват власти этим «комплексом» привел к смещению в 1967-1972 гг. центра мировой силы от американской системы политической экономии, воплотившейся в Бреттон-вудской валютно-финансовой системе с фиксированным обменным курсом, к англо-голландской либеральной модели с доминированием Лондона в 1971-1981 гг., что привело к разрушению американской агропромышленной экономики и превратило США в сверхдекадентское, антинаучное и антитехнологическое общество – «постиндустриальные» обломки под названием «глобализация». Эта вот «глобализация» и является главным врагом США.

Смена курса, осуществленная после смерти президента Рузвельта под британским руководством, была первым радикальным шагом американских финансистов, связанных с Лондоном к восстановлению мирового господства англо-голландской либеральной системы имперского монетаризма. Сегодня эти англофильские планы реализуются под вывеской безгосудаственной «глобализации» и ультра-мальтузианского жульничества под названием «глобальное потепление», проталкиваемого бывшим вице-президентом США Элом Гором.

Давние и тесные связи Эла Гора и английского принца Чарльза привели мировую экономику на грань валютно-финансового и экономического краха, когда правительства суверенных государств ведут смертельную борьбу – как с мировым финансовым коллапсом, так и разрушением физической экономики в результате создания мировой империи под вывеской неомальтузианской «глобализации». Сохранение суверенных национальных государств в любой части планеты требует возврата повсюду к практической политике развития на основе научно-технического прогресса.

Можно предполагать, по крайней мере, что президент Путин это понимает. Ссылки представителей Кремля на модель президента Рузвельта весьма показательны. Враги цивилизации сегодня – силы, разделяющие идеологию, выразителями которой являются принц Чарльз и Альберт Гор. Это враг, которого нужно разгромить.

Для победы над Гором и К° необходимо политическими средствами убедить США вернуться к политическим воззрениям бывшего президента Рузвельта. При этом, для спасения цивилизации в обозримом будущее срочно необходимо создание мировой коалиции сил вокруг ключевых договоренностей, которые будут достигнуты четырьмя ведущими странами. Необходимо соглашение, возвращающее нас к рузвельтовским планам послевоенного мира как системы сотрудничества суверенных наций-государств, объединяемых единой системой американского типа с фиксированными курсами валют, работающей на развитие всей планеты.

Можно выразиться абсолютно просто и достойно: стратегически все действия должны быть направлены к строительству новой справедливой мировой экономической системы общего развития как управляющей отношениями между государствами и народами планеты. Объединение США, России, Китая и Индии в качестве ведущих партнеров подлинной программы Объединенных Наций является обязательным условием, которым нельзя жертвовать в пользу других забот.

Глобальный экономический кризис

Некоторые лица из высших кругов США неоднократно задавали мне следующий вопрос: «Мы согласны с вашей стратегической оценкой мировой экономической и валютно-финансовой ситуации. Однако, ситуация политически не созрела для реформ, которые необходимы для будущего восстановления нашей экономики. Можете ли вы определить более скромные, промежуточные шаги, которые можно было бы рассматривать как временные меры?»

Мои отлично информированные собеседники знают, что сегодняшняя валютно-финансовая система уже не просто обанкротилась, но вступает в фазу, которую прошла валютно-финансовая система Германии в конце 1923 года. Тогда Германию (временно) спасла новая система, опиравшаяся на американское золото; только такие же решительные и внезапные перемены могут спасти экономику США от гораздо худших последствий, нежели просто экономической депрессии - от общего кризиса. Сегодняшнюю валютно-финансовую систему невозможно реформировать, ее следует заменить системой управления банкротством в соответствии с преамбулой к федеральной конституции США.

Мои собеседники полагают, что политическая машина правительства США «не готова» согласиться с моим руководством планирования и проведения такой реформы, даже при отсутствии приемлемой альтернативы, даже ради дальнейшего существования США как государства.

На практике, такая реформа в США будет зависеть политически от перспектив объединения руководящих кругов США, России, Китая и Индии в качестве комитета спонсоров и инициаторов всеобщей, практически мгновенной реформы мировой экономической системы. Такое решение четырех ведущих стран было бы научно обосновано – возврат к решению Рузвельта о создании после Второй мировой войны Бреттон-вудской антиколониальной системы с фиксированными курсами валют. Это немедленно мобилизует мировой торговый потенциал, достаточный для принятия необходимых чрезвычайных мер.

Следует осознать, что убийственное безумие Гора с его идеями «глобализации» совершенно нетерпимо. Нужно понять, что следует положить конец англо-голландским либеральным планам использовать Юго-Западную Азию в качестве детонатора стратегического разлома, и США, Россия, Китай и Индия могли бы прийти к соглашению по этому вопросу очень быстро.

Главное сейчас – склонить США к немедленным неформальным контактам с представителями этих трех государств и их меньшими партнерами для решения проблемы разворачивающегося мирового экономического кризиса и накопления политической воли, чтобы пресечь английские попытки разжечь пожар в Юго-Западной Азии.

История требует выбрать поле боя и добиться скорейшей победы во имя всего человечества. И следует уклоняться от любых войн, уводящих мир в любую другую сторону.

Статья опубликована в журнале Executive Intelligence Review от 6 апреля 2007 года. Перевод с английского К. Бородинского.

К началу страницы